 Его мотора ему хватает. Стремительный, увлекающийся и необыкновенно открытый Валерий Васильевич БАРАНОВ всегда в гуще событий. Он выпестован общественной работой. С четвертого класса в «должностях»: член совета дружины в школе, командир городского пионерского штаба «Факел», командир городского комсомольского штаба «Альтаир», секретарь школьного комитета ВЛКСМ, секретарь горкома комсомола… Сегодня ему 41, и он является региональным менеджером ЗАО «Таркетт Рус». Его деловые связи распространяются далеко за пределы родного города, но сердцем он всегда в Отрадном. А как иначе? Именно здесь он вырос и состоялся как личность. Оттого предложение товарищей баллотироваться кандидатом в депутаты городской Думы принял с готовностью.
«Давай, Валер, мы тебе поможем…» — сказали ребята, и он вспомнил: так уже было однажды… Он рано ощутил себя взрослым. До призыва в армию успел поработать даже исполняющим обязанности зав. отделом комсомольских организаций. Когда, гордясь зеленой фуражкой пограничника, вернулся домой, вакансий в горкоме не оказалось. Восстановился на заочном отделении в политехе и устроился такелажником в управление буровых работ, встревая по привычке во все общественные дела. Вскоре был избран секретарем комсомольской организации основного производства УБР на «подснежную» должность. Потом — секретарем комитета комсомола управления. И вдруг в 1987-м неожиданное предложение. — Ситуация сложилась интересная, — вспоминает Валерий Васильевич. — По традиции УБР всегда был шефом интерната №1. Мы вели там спортивные секции, проводили «Зарницу». Вернулись в интернат мокрые, усталые, а там меня ждет инструктор ГК ВЛКСМ. «Надежду ОЛЕНИК, — говорит, — взяли в горком партии, а тебя на второго прочат». Я расстроился: только год, как стал секретарем, задумок нереализованных много, планов… Пришли в горком, спрашиваю: «У меня есть время подумать?» «Есть, — отвечают, — до утра». *** Он согласился, а через несколько дней состоялся самый памятный пленум в его жизни. Все шло по накатанному сценарию. Президиум, кандидатуры: на первого — тогдашний второй, а на второго — он, Баранов. Вдруг кто-то из ребят: «А почему вторым? Мы хотим предложить Валеру первым». Тут как раз период демократии начался, первый секретарь ГК КПСС И.Т. КОМАРОВ согласился: «Давайте попробуем». Страсти накалялись: кто-то считал, что нужно все оставить, как задумывалось, другие горой встали за Баранова. Было мягкое увещевание официальных лиц, но с перевесом в несколько голосов первым секретарем горкома ВЛКСМ все же был избран Валерий. Именно тогда он и услышал эти слова: «Мы тебе поможем!» Так 22-летний парень вопреки устоявшимся канонам занял высокое кресло. Надо сказать, что карьеристы в ту пору на комсомольскую работу уже шли неохотно. Во-первых, уходя с производства, они теряли в зарплате. Во-вторых, правила жизни стремительно менялись: те, кто их выбирал, они уже и снять могли. А Баранову такая постановка вопроса нравилась. Он понимал, что время спокойных уходит. «Личное дело» в свое время было у каждого члена КПСС. Когда парторганизация приказала долго жить, что стало с этими важными документами, Баранов не задумывался. И вдруг в году 98-м, когда он уже работал на «Синтеросе» (ныне ЗАО «Таркетт Рус»), поступает анонимный звонок. Старческий голос в телефонной трубке смущенно произносит: «Знаете, у меня есть информация о вашей личной жизни, которую я хотел бы продать». Ничего себе! Наш герой перебрал в голове все: ну ладно, был бы связан с нелегальным бизнесом, так этим не занимался. Никаких противоправных действий не совершал. Врагов нет. Зарплату получает «белыми». Может, хотят подставить? Согласился: «Давайте встретимся». — В районе школы №6 я был ровно в 18.00, как договорились. Смотрю в зеркало заднего вида, к машине идет мужчина лет 70, нервно потряхивает головой и держит что-то под мышкой. Подошел, поздоровались. «Знаете, — говорит он, — у меня есть ваше «Личное дело» члена КПСС». «Уф, — выдохнул с облегчением. — Я с этим делом каждый год знакомился и ничего нового оттуда почерпнуть не смогу». А пенсионер стал объяснять, что у него тяжелая болезнь и очень нужны деньги на дорогостоящие лекарства. «Чем я могу вам помочь?» — спрашиваю. Не помню сколько, но в сегодняшнем эквиваленте речь шла что-то о пятистах рубл*х. Так злополучное «Личное дело» оказалось у меня. Сыну покажу... *** Надо заметить, что делать это Валерию будет нестыдно. Характеристики только положительные, ну а рекомендации вышестоящих начальников типа «вовремя замечать инициативу» новое поколение иначе как с улыбкой и не воспримет. Мысли о переезде сегодня занимают умы многих отрадненцев. Чем чаще в пафосных выступлениях звучит: «Не верьте, город не умирает!», тем больше их гложут сомнения. Только не Баранова: — Предложения о переезде мне поступали не раз. Но я не уеду. Я, наверно, и умру здесь, в Отрадном. Вот только смотреть на то, что город влачит жизнь непонятную, серую, похожую на топтание в болоте, — мне тошно. Потому и ищу поддержки избирателей, что стоять в стороне не могу. *** Как-то приехал из очередной командировки, говорит своему непосредственному руководителю С.Н.ГРОССУ: «Устал от бесконечных переездов... Буду проситься на спокойную работу: с 8 до17, выходные — дома». «Ты ведь не сможешь, — улыбнулся шеф, — характер у тебя неспокойный». Правило буравчика — чтобы продвигаться, надо вертеться. Принцип шестеренки — чтобы повернуть другого, надо повернуться самому. —Я не герой, который одним ударом меча разрубит гордиев узел, завязывавшийся годами. Я иду в Думу работать. Не всегда городские проблемы связаны с огромными финансовыми затратами. Например, мы живем в Отрадном не один десяток лет и помним, что в свое время у каждого опорного столба была урна для мусора. Сейчас их штук 50 на весь город. Идешь с ребенком по улице, съешь мороженое, а выбросить обертку некуда... Еще пример. Когда приезжаешь за водой на артезианскую скважину, вокруг куча пластиковых бутылок, канистры, мусор. Большие ли затраты требуются, чтобы поставить урны и контейнеры? Нужно сначала создать человеку условия для цивилизованной жизни. А если он ими не воспользуется, тогда уж и наказывать. Когда председателем комитета по экологии был Вадим АСТАШКИН, часто проходили рейды по мойке машин. Составляли протоколы на нерадивых водителей, которые стального коня мыли в близлежащих водоемах. Сейчас и в Осиновском, и в Океанчике «купают» даже специализированные автобусы… И никому дела нет... Еще одна экологическая проблема. Кто не любит рыбалку?! Оздоровление через общение с природой — факт общеизвестный. Но какое уж тут эколечение, когда на Кинеле браконьеры электроудочками повыбили всю рыбу?! В Астраханской области на местном уровне приняли законы, охраняющие природу. Теперь штрафы такие, что уже никому и в голову не придет браконьерничать. А у нас, если так пойдет, скоро детям на пальцах будем объяснять, как пескарь выглядит. Раньше в горсовете народные депутаты не только принимали законы, но и контролировали их выполнение, проводили депутатские рейды. У меня болит сердце всякий раз, когда вижу, как по городу идут подростки с пивом и сигаретами, хотя в магазинах есть объявление: «Детям, не достигшим 18-летнего возраста, табачные изделия не продаются». Сколько раз я делал замечания продавцам, а в ответ: «А у них что, на лбу написано, что нет 18 лет?» Может, и Думе пора перейти от слов к делу и проверить, как соблюдаются правила торговли. Иногда читаешь: «Прошел рейд, виновные наказаны». Велика ли действенность такого рейда?! Коммунальники стали публиковать списки должников в газетах, — и многие зашевелились. Фамилий в «черном» списке стало меньше. Стыдно! Городок-то маленький, все друг друга знают. Дума — орган законотворческий. Это верно. Сейчас, как при Советах, депутат дорогу в Васильевку не проложил бы. У корпораций свои интересы. Но депутат ведь народом избирается. И неужели тот самый народ, который оказал ему честь и делегировал право принимать решения, не должен искать поддержку именно у депутата?! — В горкоме комсомола мы вели прием по личным вопросам. Обращались к нам с разными просьбами: кому устроить ребенка в детсад, кому отопление наладить. Как-то приходит женщина: трубу прорвало. Везде была, проблема не решается. Удивился: «Возраст-то некомсомольский. Почему к нам?» В ответ: «Ну, мой же ребенок будет комсомольцем». Аргумент весомый. Занялся. В течение 3-4 часов непорядок устранили. А я воздействия на ЖКХ не имел. Просто обратился к коммунальникам с просьбой. Хорошие отношения плюс убедительные доводы — и проблема отдельного человека была решена. *** Заботит Баранова и отношение к детям. Его сыну 12. В 4 года его отдали в секцию карате, к 11-ти у него уже был зеленый пояс. К тому же успевал ходить в школу детского развития «Триада». Свободного времени и сейчас нет, занимается в спортшколе. Спасибо тренерам, людям беспокойным и болеющим за свое дело. Они мальчишек на соревнования в Похвистнево, Новокуйбышевск и Самару возят на электричке. А в это время по городу ходит школьный автобус, в котором сидит один человек. Дали бы его детям, родители с радостью собрали бы деньги на бензин. И дорога окупилась бы, и бензина еще на два дня хватило бы, но главное — дети в дороге были бы в большей безопасности. Многие городские проблемы лежат на поверхности и не требуют капвложений. Люди зря не скажут — аксиома, не требующая доказательств. Была в свое время в комсомоле хорошая практика — вечерний горком. Работали до 21 часа, чтобы иметь возможность встречаться с работающими людьми и решать проблемы по месту жительства. Думаю, такое решение было бы уместно и для органов местного самоуправления. Правда, которая идет от жителей, она — с пользой для города. — Депутаты должны оказывать помощь мэру. Владеешь информацией по соискателям производственных мощностей — передай органам местного самоуправления. Тогда и рабочие места будут, и уехать из города желание пропадет. У меня много связей по всей России и ближнему зарубежью. Когда ищет один человек, он владеет лишь некоторой информацией, а когда за это берется команда — совсем другое дело. Депутатский корпус — это и будет команда, если, конечно, все делать сообща, а не как в Государственной Думе. Городок у нас компактный, и решение проблем должно быть оперативным. Депутат — слуга народа. Я не собираюсь просиживать штаны, иду работать серьезно, непокладая рук.
|
