Газета "Вестник Отрадного"
№29 (1299)
20 июля 2017 года

 Суббота, 22 июля 2017 года 14:50:26 (GMT+4:00)На сайте пользователей/гостей: 0/1 
Афоризм недели:

Три вещи трудно исполнять: Богу молиться, отца-мать кормить да долги платить.

Русская пословица 

Лучшее
свежего номера

Поиск:  


реклама
Фронтовые были
№19 (817) 08.05.2008 г. 
Cвидетельствуют ветераны

Вторая мировая война для нас, молодого поколения, — уже история. Сухой учебный материал параграфа и схемы сражений не могут передать, как страшно и уродливо ее лицо, как сладок и горек вкус победы. На память потомкам остаются боевые награды, треугольники писем, желтые от времени фотографии. Какое счастье, что еще живы солдаты великой войны! И пока еще нам есть к кому идти в канун Дня Победы…


В.А.Бугаков:
«Войну развязывает не народ — он только проливает кровь»

Как гроза прокатилась по стране страшная весть о войне. Василию Бугакову было тогда всего 16. Семейство жило в селе Толкай. Утром 22 июня 1941г., как обычно, с ребятами они пошли на выгон скота. Все уже чувствовали: надвигается нечто страшное. По железной дороге нескончаемым потоком шли поезда с военной техникой. Но все равно было страшно и неожиданно, когда все вокруг заговорили об одном: «Война!»

Утро было ясным, но откуда ни возьмись появилась туча, затянула небо, и хлынул ливень. Природа будто пророчествовала о грядущих испытаниях.

Вскоре из села начали уходить мужчины. Через два года подошла очередь и Василия: как только исполнилось 18, сразу забрали на фронт. Нескольких новоиспеченных лысеньких солдат на санях повезли в Сарбай. Пурга была страшная. Потом был Куйбышев, а через некоторое время отправили на передовую, на Центральный фронт.

Орша, Смоленск, Курская дуга, Латвия, Литва — вот его фронтовой путь. Дошел до Восточной Пруссии. Был артиллеристом, минометчиком. Самый глубокий след в памяти оставили самые первые бои.

—…Вроде пять минут назад было солнце, ясное небо, но вот завязался бой, и уже ничего не видно, все в дыму, в огне, — рассказывает Василий Андреевич. — Только вспышки от разрывов снарядов, столбы пыли, свист пуль. Мы, молодые ребята, этого свиста сильно боялись, постоянно жались к земле. Более взрослые, опытные солдаты над нами подшучивали: «Нечего пулям кланяться». Это позднее мы узнали: когда пуля летит, звук запаздывает. Раз свистит, она не твоя…

Труднее всего на фронте приходилось разведчикам и связистам, — продолжал мой собеседник. — Все бойцы остаются вместе на огневых позициях, а ты один должен идти вперед. Вырвет взрывом кусок кабеля — бой не бой, а твоя задача — найти и устранить неполадку.

Однажды, выполняя такое задание, лицом к лицу столкнулся с немцем. Я уже наладил связь и собрался возвращаться, как рядом появился такой же молодой парень во вражеской форме. Испугался я тогда не на шутку. У меня за плечами только карабин, а у него автомат. Но он, видимо, тоже встречи со мной не ждал. Пролопотал что-то по-своему и убежал. Я лишний раз убедился в том, что войны развязывает не народ, он только проливает свою кровь.

Вспоминаю и другой эпизод. Когда мы двигались по Минскому шоссе, в машине с нами ехал пожилой пленный немец. Он не говорил по-русски, я не знал ни слова по-немецки, но понял, что дома его ждет жена и шестеро детей. Когда его призывали на фронт, так же, как и нас, не спрашивали, хочет ли воевать. Я говорил ему о своей Родине. Мы, рядовые солдаты войны, беседовали и хорошо понимали друг друга.

…Помню, с каким ликованием нас встречали в Прибалтике. Но везде есть несогласные. Когда Прибалтика присоединилась к Советскому Союзу, было много недовольных. Там крестьяне были зажиточными, хозяйства крепкими. У них даже сараи были из бутового камня. У каждого свой дом, скот, надел земли, а у кого-то и мельница, и пруд. Конечно, им жаль было отдавать свое добро в колхоз. Вот и протестовали как могли. К нам литовцы относились с неприязнью, даже разговаривать отказывались. «Но сопрант» — «не понимаю», и весь разговор.

Незадолго до Дня Победы меня контузило. Лежал в госпитале. И Победу встречал в небольшом городке под Ригой. Какое это было чувство! Впервые за четыре года наши самолеты бороздили мирное небо, сбрасывая вниз не бомбы, а тысячи листовок с известием об окончании войны. И было всеобщее ликование, и смех, и слезы. Так пришла к нам долгожданная Победа!

В августе 1945г. меня комиссовали. На фронте, в недолгие минуты затишья находила невыносимая тоска по Родине, по своим. И путь домой казался очень долгим. Я ехал на скором поезде и уже в Кротовке вышел в тамбур. Вот из окна виден родной элеватор. Когда поезд, переходя стрелки, замедлил ход, я спрыгнул. Мой отец работал на железной дороге. Завидев меня, сразу позвонил руководству и попросил, чтоб его подменили. Мама была на кухне, братья только что вернулись с рыбалки. Сколько радости было у нас в тот день, сколько счастья! За одним дружным столом собрались все родные, близкие, соседи, и разговорам не было конца!

Много лет прошло с тех пор, а мне все снятся боевые товарищи, грохот боев и то небо под Ригой, все в победных листовках...


Н.Н.Баурин:
«Нет воспоминаний сильнее, чем штурм Берлина»

— Меня призвали в 1942г., еще не сравнялось и 18. Попал в Тоцкие лагеря, где испытывали новую военную технику и готовили солдат к предстоящим боям. Сам я родом из Башкирии, а в Тоцком проходил военную подготовку еще мой отец, воевавший в Первую мировую войну. Помню, как он верхом на лошади проделал долгий путь, чтобы проведать меня. И вот стоим мы на разных берегах Самарки. Дисциплина была строжайшая, я не мог отлучиться из лагеря и решил тайком переплыть реку. Но отец дал урок: все должно быть по уставу. И дошел до командующего лагерем, чтобы получить разрешение на встречу...

Я стал десантником в танковых войсках. Попал на 1-й Украинский фронт, освобождал Харьков, Чугуев, Донецк. Позже был Берлин, штурм рейхстага, освобождение Праги, встреча на Эльбе и четыре долгих послевоенных года службы в городе Батфренвальне на даче Риббентропа. Сильнее штурма Берлина нет у меня воспоминаний. Вспоминать это больно, но и забыть невозможно. Наша 93-я танковая бригада вышла в разведку боем. Боевая задача – выявление и уничтожение огневых точек противника. Наш экипаж состоял из 4 человек: Анадский, Пинчук, Мищенко и Баурин. Не дойдя километра полтора до города, мы попали под обстрел. Танк, на котором мы сидели, остался на асфальте, а мы упали в кювет. Анадского ранило в область сердца, Мищенко — в левую руку, Пинчука — в правую ногу, чуть выше колена. Мы упали рядом. Он кричит мне: «Коля, не брось меня!» — «Да что ты, Санька?» — я начал перетягивать ногу, чтоб остановить кровь. И тут по нас открыли повторный огонь.

Я опустил голову, укрываясь от обстрела, держал Сашу за руку. А когда поднялся, увидел, что друг мой убит. Глаза его смотрели в апрельское небо Берлина. Я закричал что было мочи: «Эх, Санька-а!»

И снова огонь. По нас прицельно стреляли с чердаков жилых домов. Еще въезжая на пригородные поля, я заметил, что там проложены бетонные трубы. Встал и побежал к ним со всех ног. Наши в это время уже зацепились за окраину города. Забрался в трубу, отдышался — и снова к своим.

Из отдельных домов недобитый противник вел прицельную стрельбу. Но это были последние жалкие попытки оттянуть неизбежное. Мы знали, что будем драться до последнего патрона, до последнего солдата, чтобы взять логово врага. Мы так стремились туда, положили столько друзей, так дорого заплатили за Победу.

Я тоже оставил надпись на рейхстаге и Бранденбургских воротах. Там места живого не было! «Батурин – Башкирия», «Ильясов — Татарстан», тысячи надписей! Не было предела нашей радости! Мы ликовали! И когда над рейхстагом гордо взлетело красное знамя, многоголосое «ура-а-а!» буквально разорвало воздух, отдалось гулким эхом в каждой улочке, в каждом закоулке.

Сразу после взятия Берлина сдался город Бреслау — вторая столица Германии. Он был взят нашими войсками в плотное кольцо. Бомбить его было нельзя: это сердце химической промышленности Германии. И немцы сочли за лучшее сложить оружие.

Когда я доложил ротному комбригу Дементьеву о возвращении, он нас, выживших в адском огне, назвал Иисусами. До сих пор помню его радостные слова: «Живой?! Что, не знаешь, где кухня? Неделю на формировку». А потом я вернулся к тому месту, где погиб мой товарищ. Саперной лопаткой выкопал могилу и похоронил его под цветущей яблоней. На стволе написал: «Пинчук Александр, Полтавщина». Наверно, и родственники его не знают, как он погиб. Да и я не в курсе, перезахоронен ли он в братскую могилу. Но всю жизнь со мной его последние слова: «Не брось меня, Колька!» И синие глаза, точь-в-точь как весеннее небо над Берлином…

В Прагу мы уже входили победителями. Чехи ждали нашего прихода. Немец складывал оружие. Там я случайно столкнулся с австрийцем, он был в форме СС, но без оружия и просил пощады. Я знал: если не помогу, его расстреляют. Мы его быстро переодели и выдали за гражданского. Он еще некоторое время ездил с нами. Мирные жители охотно угощали нас едой, но принимать ее нужно было очень осторожно: могли отравить. Так вот он пробовал для меня все продукты: «Проверено, Николай, аллес гут!» Не было предела его благодарности.

Почему я поступил так? Когда мой отец во время Первой мировой войны попал в окружение, ему помогли бежать именно австрийцы, простая мирная семья. Дали еду, одежду и коня: «Езжай, Николай, к своим. Лошадь потом отпустишь, она вернется». Так он добрался до Польши, а потом и до России. Спустя годы добро возвращается. Словом, я не мог поступить иначе...

Хорошо помню встречу на Эльбе. Наши союзники шли на штурм Берлина, когда мы его уже взяли. Честно сказать, поначалу мы их приняли за врага, открыли огонь… Потом, когда все выяснилось, дружно поздравляли друг друга с Победой.

…Впервые в отпуск я приехал домой через год после Победы. Вечерние сумерки окутали поле. Когда вошел в дом, отец и мать остолбенели от изумления. Оказывается, я давно числился как без вести пропавший. Всю ночь проговорили. Мать смотрела на меня и будто не верила глазам. Приглядывалась, трогала лицо: «Вернулся… Живой!»

***

…Не счесть орденов и медалей на груди моих собеседников, но как сказал Николай Николаевич, это не предмет фронтовой гордости, а горькое напоминание о пройденном пути. Во время нашей встречи он говорил, плавно переходя на чистейший немецкий. Выучил на войне и свободно владеет им до сих пор. То, что узнал в суровых условиях, никогда не забудешь…

Когда говорят ветераны, на глаза наворачиваются слезы. Прошло более 60 лет, а они до сих пор не могут говорить о боях спокойно. Это не страшно, когда плачут мужчины. Страшно, когда мы начинаем забывать, какой ценой досталось это мирное синее небо…

Светлая память тем, кто сложил голову в битве за Родину. Низкий земной поклон тем, кого сохранил Господь. Здоровья вам, добра и долгих-долгих лет.

Наталья Петроченкова


Мария Ломакина:
«Мы не жалели ни сил, ни крови, ни жизни»

Война — тяжелейшее испытание даже для сильных, выносливых мужчин. Размышляя о ней с позиций мирного времени, трудно представить, как через весь этот ужас могли пройти хрупкие девушки, недавние выпускницы школы? Где черпали силы, чтобы перенести голод, холод, тяготы походной жизни? Еще вчера при виде крови они падали в обморок, испуганно вздрагивали при раскатах грома, но, оказавшись в гуще жестоких сражений, проявили поразительное бесстрашие.

Наша землячка Мария Пантелеевна ЛОМАКИНА, избравшая военную судьбу в 17 лет, тоже была маленькой и худенькой девчонкой. Когда началась война, ей было 15. Старшеклассники военной поры уже не мечтали стать учителями, инженерами, бухгалтерами. Суровая реальность предложила иной выбор: танкисты, летчики, пехотинцы...

Вот и Мария, в 1943 году закончив школу, пошла работать в военный госпиталь. Раненые страдали от нехватки обслуживающего персонала, поэтому в госпиталях радовались любой помощи. Медицинского образования у Маши, конечно, не было, все необходимые навыки получала на бегу, но усваивала их всерьез и надолго. Со временем даже стала операционной медсестрой.

— Госпиталь был военно-полевым, передвигался на машинах, — вспоминает Мария Пантелеевна. — Базировался он в палатках, в них и жили, и оперировали. Зимой и раненые и медперсонал кутались во что только можно, пытаясь согреться. Теплую куртку, в которой меня провожали из дома, украли. Чувство голода было постоянным: иногда притуплялось, но совсем избавиться от него не удавалось. Кусочек хлеба считался царским подарком. Я очень благодарна старшим сослуживцам-мужчинам, которые подкармливали меня, видя, что я близка к обмороку.

Лишала сил и частая сдача крови. У Марии была первая группа, которая очень ценилась. За два года она сдавала кровь 29 раз. Менее 500 граммов не брали. Отдыхать после сдачи крови донорам не полагалось. Просто кормили чуть-чуть получше и давали 50 граммов спирта.

Марии не раз приходилось смотреть в глаза смерти. Однажды в операционной шло прямое переливание крови раненому генералу. И в самый разгар процесса в операционную попал снаряд. Генерала и врача убило. Марию контузило. Ее спасли, но последствия раны дают о себе знать до сих пор.

В другой раз маленькая, худенькая девушка-санитарка, рискуя жизнью, вынесла на себе с поля боя тяжело раненного командира роты. За это ее наградили орденом Отечественной войны первой степени. Опасность подстерегала и в минуты затишья. Однажды нужно было погрузить раненых на пароход и отправить в тыл, но судно не могло подойти к берегу: мешал затор из бревен. Принялись убирать эти бревна и не удержали. Они покатились, сшибли Марию, оказавшуюся на пути, и утащили за собой в воду. Перепуганную, но невредимую, ее благополучно спасли.

На вопрос, какое самое неприятное воспоминание о войне осталось в памяти, Мария Пантелеевна ответила так:

— Это не боль от полученных ран, не свист пуль над головой, не многодневная усталость, а один случай в Прибалтике. После очередной сдачи крови мне стало плохо, закружилась голова. Чувствую, что теряю сознание. Попросила воды у местных жителей. Милая девчушка лет семи принесла напиться. И за этот поступок мать жестоко избила ее: «Нечего русских жалеть».

Рассказывая об этом, моя собеседница не могла сдержать слез...

В трудное военное время судьба подарила Марии встречу с любимым артистом. Когда их госпиталь стоял в Калининской области, стало известно, что в деревню Князево в гости к матери приехал кумир всей страны Сергей ЛЕМЕШЕВ. Несколько сотрудников госпиталя (вместе не так страшно) решили съездить туда, посмотреть на знаменитость.

— Он оказался красивым, представительным мужчиной, — вспоминает Мария Пантелеевна. — Было странно, что он так запросто общается с нами, не важничает. Не отказался и спеть для нас. Потом расспрашивал про то, как нам живется. А домой мы возвращались с подарками: несмотря на то что мать артиста сама жила скромно, дала нам по картофелине...

Вот такие редкостно приятные сюрпризы преподносила фронтовая жизнь. А обычно чередой текли тяжкие будни: мучительно больно было терять друзей, видеть страдания раненых, которых невозможно спасти, испытывать постоянную нехватку медикаментов и продовольствия, работать без отдыха и сна.

Каким шоком было для подруги Марии случайно найти на поле боя могилу своего отца! «Как тогда хоронили-то? — продолжает она рассказ. — Закопают в спешке, табличку с фамилией повесят, и все. И то, если смогут опознать. Сколько таких безымянных могил мы оставили от России до самого Берлина!..»

Родина высоко оценила вклад Марии ЛОМАКИНОЙ в победу над врагом: она была награждена орденами Отечественной войны 1 и 2 степени, медалью «За победу над Германией» и другими наградами.

***

Мария Пантелеевна всегда любила животных. А после одного происшествия дала себе клятву, что, даже живя впроголодь, будет заботиться о бездомных кошках и собаках. Что же послужило поводом? В последние дни войны при освобождении малолетних узников концлагеря она попала в эпицентр сильного взрыва. Очнулась в госпитале, не помня, что произошло. Ей рассказали, что своей жизнью она обязана собаке. После взрыва ее погребло под землей, а черная собака, почему-то прозванная солдатами Мордовкой, стала рыть землю над ней и раскопала девушку...

Сегодня стоит Марии Пантелеевне выйти на улицу, к ней тотчас сбегаются все окрестные кошки: знают, что она принесла для них лакомый кусочек. Ее муж Николай Николаевич — рыбак и тоже большой любитель животных.

— У нас дома всегда кошки жили, — рассказывает Мария Пантелеевна. — Бывало, соседские ребятишки приносили по 5-6 котят. Мы их искупаем, накормим. Даже не представляю, как может дом быть без кошки. Муж тоже их обожает. Он даже меня ругает, если я на них прикрикну.

А вообще-то, мне очень повезло в жизни, что я его встретила. Коля очень добрый, веселый, всегда меня берег. Мы с ним более 50 лет прожили душа в душу и никогда серьезно не ругались. Когда были помоложе, и я с ним на рыбалку ходила. Мы полстраны на своем «Запорожце» проехали, любили путешествовать. Однажды произошел курьезный случай. В Уральске мы купили свежую рыбу и удобно расположились на травке, чтоб ее рассортировать. Занимаемся своим делом, и вдруг подходит человек и говорит: «Совесть имейте! Другого места, кроме горкома партии, не нашли?» Оказывается, мы уселись прямо у них под окнами...

***

С каждым годом ветеранов войны становится все меньше. У нас остается очень мало времени, чтобы пообщаться с живыми свидетелями и творцами Истории, которую сегодня каждый переписывает, как ему выгодно, и сказать им слова глубокой благодарности за мир на земле.


Рейтинг: 1193
Светлана Углева
12.05.2008

в начало страницы

Комментарии к статье: не найдены.

Добавить комментарий к статье:
Текст комментария:
Ваше имя:
Ваш E-mail:
Введите это число      
Темы недели:
  • Недавно Фонд поддержки социальных исследований «Хамовники» огласил результаты проведенного исследования по теме: кому в нашей стране принадлежат ничьи объекты? Подробнее...
  • В России стартовал новый социальный проект «Библиотека путешественника», в рамках которого в более чем 100 поездах появились аудиокниги. Подробнее...
  • В Отрадном продолжаются работы по благоустройству. Подробнее...
  • Голосование:
    Платите ли вы
    за капитальный ремонт?
    Да
    Нет и не буду
    Буду платить только после проведения государством капитального ремонта моего МКД
    Готов(а) платить, но в меньшем размере
    Готов(а) платить, если будет определен более четкий механизм накопления денежных средств
    Гостевая книга

     
    Разработка сайта daa
    Техническая поддержка городской интернет-портал Отрадный.NET
     Сгенерировано за 0.083 сек.