Сама задумка была проста — попробовать на себе ощутить, что такое социальный минимум — 2477 руб. 87 коп. Одно дело, когда ты слышишь это где-то по радио, про чью-то чужую жизнь, и совсем другое, когда «это где-то» входит в твою.

Вся подготовка к реализации задуманного заняла от силы час. Надо было сделать пару звонков в управление соцзащиты и потребительского рынка, чтобы узнать, как прожиточный минимум распределяется по статьям: сколько на квартплату, на лекарства, на продукты… И вот, ободренная поддержкой коллег и знакомых, я начала свой испытательный месяц.

Скажу сразу: мне было очень трудно. Сначала эксперимент воспринимался как игра, в которой все надо тщательно просчитать, и тогда победа точно твоя. Ведь как-то уложились у чиновников в нищенские 2500 руб. фрукты и даже мясо!

Но в начале второй недели «игра» дала сбой: я заболела. На лекарства, на все нечаянные и привычные болячки в месячном бюджете отведено 40 руб. Надо больше — отрывай от обеда или тюбика зубной пасты. В общем, крутись как знаешь. Так я впервые поняла, насколько далека от реальной жизни колонка с рядами цифр на листке бумаги.

Таких неожиданностей за месяц случилось много. Но если не надо записывать все траты в тетрадку, неожиданности проходят незамеченными. А если в голове постоянно тикает, то порванный ботинок близок по трагичности к атомной войне. Знакомые, встречая меня в магазинах, уныло бродящую среди изобилия со своими 30 рубл*ми «суточных», давали деловые советы: что купить и как приготовить, чтоб вышло посытнее, подешевле и хватило на дольше.

Где-то с третьей недели я с ужасом поняла, что постоянно жду конца испытательного месяца. Убеждала себя: но ведь миллионы людей живут так годами, им совсем нечего ждать. Что это за жизнь, на краю голода и нищеты? Был, признаюсь, соблазн, накушаться вечером потихоньку, чтоб никто не знал, — потому что практически все время хотелось есть. Кое-как удержалась. Стыдно есть втихаря. К чему тогда затевали весь этот эксперимент? А потому доживала как доживалось. И мечтала о том дне, когда можно будет, нет, не наесться до отвала, — перестать считать рубли и копейки. «Товарно-денежное» напряжение было слишком велико, и избавиться хотелось в первую очередь от него.

Месяц по минимуму я прожила. Поняла вот что: выживаемость — наше особое национальное достоинство. Мы бедный, но гордый народ. Нам стыдно ходить и просить помощь со стороны. Нам нестыдно молчать и терпеть. Даже если на это молчание уходит вся жизнь…