Газета "Вестник Отрадного"
№29 (1299)
20 июля 2017 года

 Вторник, 25 июля 2017 года 00:32:12 (GMT+4:00)На сайте пользователей/гостей: 0/2 
Афоризм недели:

Три вещи трудно исполнять: Богу молиться, отца-мать кормить да долги платить.

Русская пословица 

Лучшее
свежего номера

Поиск:  


реклама
Отрадный.Сеть — городской интернет-портал
Городской интернет-портал OTRADNY.NET

Сайт находится на техническом обслуживании и временно не доступен.
Приносим свои извинения.
Пожалуйста, повторите попытку позже.
Телефон технической поддержки +7(84661) 21155

© 2017 www.otradny.net
История далекая и близкая
№5 (907) 04.02.2010 г. 
«Если бы наши сдали Сталинград,
России пришел бы конец»

Война – тяжелое испытание даже для мужчин. Но как смогли вынести все ее ужасы женщины далеких сороковых? А ведь смогли! Прошли через всю войну, не требуя поблажек, ни в чем не уступая сильному полу, с готовностью подставляя плечо в трудную минуту. О тех страшных днях мы беседуем сегодня с ветераном Великой Отечественной войны Валентиной Ивановной ГАВРИЛОВОЙ. Она очень скромный человек. Говорит о себе крайне мало и неохотно. Не считает, что совершила что-то героическое. Но о ее фронтовых заслугах красноречиво свидетельствуют награды: орден Отечественной войны 1 степени, медали «За оборону Сталинграда», «За оборону Советского Заполярья» и др.

Валентина Ивановна – представитель самой мирной профессии на Земле. Она фельдшер-акушер, помогающий детям появиться на свет. Этому благородному занятию она и хотела посвятить свою жизнь. Но война перевернула устоявшийся порядок вещей. Не успели граждане СССР до конца осознать, какая на них обрушилась беда, как 20-летней Валентине принесли повестку. 23 июня 1941г. она отправилась на фронт. Что тогда чувствовала?

– Все произошло так стремительно, что я даже испугаться не успела, – вспоминает она. – Столько дел нужно было переделать: собраться в дорогу, попрощаться с родными, на работе все уладить. О том, что назад могу не вернуться, даже мысли не было. Да что я тогда знала о войне?..

***

На долю Валентины Ивановны достались тяготы и грязь войны. У нее даже нет ни одной военной фотографии. Некогда было фотографироваться. Ей довелось служить фельдшером-санинструктором в зенитно-артиллерийском полку №1082. В нем было 4 дивизиона, и в каждом – своя «сестричка». На ее плечи ложилась тяжелая ноша: под вражеским огнем и рвущимися снарядами оказывать первую помощь бойцам. Проворные руки санинструктора без устали делали перевязки, накладывали шины. Тяжелораненых отправляли в полковую санчасть, а остальные возвращались в строй.

Самым серьезным испытанием для Валентины Ивановны и ее однополчан стала Сталинградская битва. Дивизион занял указанную позицию у города Сарепта (ныне это Красноармейский район Волгограда), окопался и стал поджидать вражеские самолеты, летевшие к Сталинграду. Так и простояли до окончания битвы на открытой местности — как на ладони, выступая в роли щита. Большинству однополчан увидеть победу было не суждено.

До сих пор по ночам Валентине Ивановне снятся бомбежки и жуткий вой сирен:

– Налеты следовали один за другим, как по расписанию. Самолеты летели тучей, низко-низко, на бреющем полете, да еще сирены включали. К этому душераздирающему звуку невозможно было привыкнуть, и забыть его тоже не удается. Даже громкий гудок автомобиля бывает неприятен, а тот звук в десять раз ужаснее. Особенно пронзительно выл немецкий Ю-87. Ох и страшно было! В такие моменты в организме происходили какие-то странные изменения – кожа на голове буквально деревенела. Даже пилотка слетала. Да, война – это тебе не дом родной.

Многие участники войны признавались в беседах, что страх прятался в их душе где-то на заднем плане и не мешал делать привычную работу. Вот и Валентина Ивановна рассказывает о том, как выносила бойцов с поля боя как о чем-то обыденном:

– Сама не знаю, как мне это удавалось. Я никогда не была толстой, а на фронте и вовсе исхудала. Просто не задумывалась, что вешу в два раза меньше любого бойца и что меня точно так же могут ранить и убить. А чего задумываться? Смерть каждому суждена. Прячься не прячься, от нее не уйдешь.

Уставала, конечно, сильно. Это в мирной жизни есть выходные, отпуска, нормированный рабочий день. И всегда рядом коллеги, с которыми можно посоветоваться, попросить помощи. А в дивизионе ты одна: никто не заменит, никто не поможет. Тяжело было не только физически, но и морально. Когда видишь неподвижно лежащего человека, всегда надеешься, что он еще жив. Но так бывало далеко не всегда. Смотришь на молодого парня, которому бы жить да жить, – а он мертв. И сердце кровью обливается…

Иногда, но нечасто, мне давали помощников, чтобы выносить раненых с поля боя. В дивизионе все танки, пушки и гаубицы должны быть полностью укомплектованы. Ведь у каждого бойца своя определенная специальность: один – наводчик, другой – зарядчик и т.д. Если снять кого-то во время боя, значит, весь расчет выйдет из строя.

В минуты затишья за тяжелоранеными солдатами приходила специальная машина. Носилки в ней располагались в три яруса. Сопровождающему во время поездки приходилось поддерживать верхние и средние носилки, чтобы раненые не свалились на пол от тряски. Но это уже делали другие, я не имела права покидать свой пост. За всю войну лишь раз отлучилась с «рабочего места» – ездила в санчасть за медикаментами.

– А медикаментов всегда хватало?

– По-всякому бывало. Главное было – не дать солдату истечь кровью. При необходимости в ход шли даже тряпки. Естественно, стерилизовать их в полевых условиях не было возможности. Да и вообще, на войне было много грязи. И в прямом, и переносном смысле. Грязь, пот, вши – явление обыденное. В жару раны мгновенно начинали гноиться. Под гипсом у раненых даже черви заводились. О санитарной гигиене и думать не приходилось. Мы же спали в одежде, не мылись месяцами. Лицо утром протрешь, и ладно. До войны у меня волос был богатый, а перед отправкой на фронт очень коротко стригли всех: и женщин, и мужчин.

– Вместе с вами служило много женщин?

– Кроме меня, было еще 9 прибористок. Они определяли, по какому курсу и на какой скорости летит вражеский самолет. Мы вместе жили в землянке. Не могу сказать, что дружили. Просто времени не было. У них своя работа, у меня — своя. А придешь в землянку, словом перебросишься — и сразу валишься с ног. Спать всегда хотелось до жути.

Кормили нас три раза в день, в основном соей. Плеснут в котелок непонятно чего: ни каша, ни кисель – размазня, одним словом. Но с голоду никто не помирал. Погибали в боях. Если бы мы тогда сдали Сталинград, России пришел бы конец. Но мы выстояли. Цену при этом заплатили немалую: многие орудийные расчеты погибали в полном составе. От нашего дивизиона осталось всего несколько человек.

***

После Сталинградской битвы полк, где служила Валентина Гаврилова, переформировали и отправили в Заполярье. До места назначения добирались очень долго – два месяца. В военные годы железнодорожное сообщение в стране было нарушено. Такое понятие, как расписание, осталось в мирной жизни. Проехав час-другой, бойцы были вынуждены ждать, пока освободятся пути. Быстрому продвижению мешали и частые бомбежки.

Наконец, прибыли к новому месту службы – в окрестности города Кандалакша. На новом месте предстояло защищать крупную ГЭС. Вражеские самолеты не могли оставить такую заманчивую цель без внимания. Но бомбили здесь гораздо реже: «Ну, побомбят ночью немного, потом пару раз днем, — рассказывает Валентина Ивановна, — по сравнению со Сталинградом совсем ничего. Да и кормили в Заполярье получше. Старшина доставал и капусту, и картошку, даже компот нам варили».

– Каким вам запомнился День Победы?

– Утром 9 мая кто-то закричал: «Победа!» Это слово стало передаваться от одного к другому, но не восторженным, а скорее вопросительным тоном. Сердце готово было выскочить из груди, но мы сдерживали порывы радости. А вдруг ошибка или чья-то шутка? И только когда полковник сказал: «Правда, правда, Победа!» – все начали кричать от радости, прыгать и обнимать друг друга. Все, кончилась эта страшная война! Теперь по домам!

Вернувшись, 25-летняя Валентина ощущала себя гораздо старше своих невоевавших сверстниц. Она смотрела на жизнь глазами, повидавшими смерть. Долго не могла привыкнуть к тишине, не нарушаемой взрывами снарядов и воем сирен, просыпалась от ночных кошмаров. «Не дай Господь, чтобы такое повторилось», – поворит она каждый раз, когда речь заходит о войне.

Последние 40 лет Валентина Ивановна живет в Отрадном. А вся ее большая семья (сын, 5 внуков и 6 правнуков) осталась на Сахалине. Прабабушка даже не всех своих правнуков видела: расстояние стало непреодолимым препятствием для их общения. Хоть родственники изредка и приезжают, но, чтобы купить билеты на всех, требуется целое состояние. Она с радостью поехала бы жить на Сахалин, да поздно уже. Боится, что не перенесет такую дальнюю дорогу. Ведь 26 февраля ей исполняется 90 лет.

Как больно было слышать такое завершение ее рассказа... Есть что-то глубоко неправильное в том, что близкие люди теряют друг друга в мирное время, будучи не в состоянии оплатить билет для поездки в пределах своей страны. Страны, за чье светлое будущее так героически сражались ветераны.


Рейтинг: 915
Светлана УГЛЕВА
08.02.2010

в начало страницы

Комментарии к статье: не найдены.

Добавить комментарий к статье:
Текст комментария:
Ваше имя:
Ваш E-mail:
Введите это число      
Темы недели:
  • Недавно Фонд поддержки социальных исследований «Хамовники» огласил результаты проведенного исследования по теме: кому в нашей стране принадлежат ничьи объекты? Подробнее...
  • В России стартовал новый социальный проект «Библиотека путешественника», в рамках которого в более чем 100 поездах появились аудиокниги. Подробнее...
  • В Отрадном продолжаются работы по благоустройству. Подробнее...
  • Голосование:
    Платите ли вы
    за капитальный ремонт?
    Да
    Нет и не буду
    Буду платить только после проведения государством капитального ремонта моего МКД
    Готов(а) платить, но в меньшем размере
    Готов(а) платить, если будет определен более четкий механизм накопления денежных средств
    Гостевая книга

     
    Разработка сайта daa
    Техническая поддержка городской интернет-портал Отрадный.NET
     Сгенерировано за 0.083 сек.