Газета "Вестник Отрадного"
№17 (1284)
27 апреля 2017 года

 Воскресенье, 30 апреля 2017 года 05:08:26 (GMT+4:00)На сайте пользователей/гостей: 0/2 
Афоризм недели:

История — это тот учитель, который дает мудрые советы на завтрашний день.

К.СЕРЕБРЯКОВ 

Лучшее
свежего номера

Поиск:  


реклама
Горячие строки
№29 (1139) 17.07.2014 г. 
Валерий Левицкий:
«У нас нет надежды на мирную жизнь»

С каждым днем все больше новых жильцов появляется в общежитии спорткомплекса «Нефтяник», где решено размещать беженцев с юго-востока Украины. «Вестник» уже сообщал о том, что в июне к нам приехали две семьи из Донецкой области, а неделю назад, 8 июля, прибыла еще одна группа выходцев из Луганской области. В составе ее — одни мужчины. Семьи оставили дома, а сами приехали «на разведку». Хотят сначала узнать, как здесь с жильем, с трудоустройством, а потом перевезти родных. Рассказать, что происходило у них в последние месяцы, мы попросили Валерия Ивановича ЛЕВИЦКОГО, который привез эту группу в Отрадный:

– Семья моя родом из села Боровское Луганской области. Мама четверть века отработала на железной дороге, папа — крановщик. Оба сейчас на пенсии. У мамы тяжелая болезнь – сахарный диабет, два года назад из-за него она ослепла. Поставки инсулина раньше были регулярными, но теперь прекратились. Хорошо, что в начале года мы закупили сразу много лекарств, так что пока она обеспечена всем необходимым, а что будет дальше, никто не знает.

В последние годы я живу в Северодонецке. Это крупный промышленный центр Луганской области, население — более 100 тысяч человек. Здесь женился, вскоре появился на свет ребенок. С работой у нас было очень трудно, пришлось сменить немало специальностей и всему научиться. Был и водителем погрузчика, и автослесарем, и строителем. Многие организации у нас работают нестабильно: заказы то появляются, то пропадают, зарплату выплачивают с задержкой. Бывает и так, что фирма откроется, сделает какой-то объем работ и по-быстрому закроется, совсем ничего не заплатив работникам.

Конечно, семьям жить в таких условиях очень трудно. Жена у меня продавец. Поскольку денег постоянно не хватало, она прервала декретный отпуск и досрочно вышла на работу. Ребенка оставляем с тещей, так как места в садике пока не дают. Несмотря на денежные трудности, нам удалось скопить на покупку малосемейки и сделать там ремонт.

Еще в апреле всё было мирно и спокойно. Активная политическая жизнь кипела где-то в стороне, а до нас как-то не докатывалась. Даже участков для голосования в Северодонецке было организовано всего два-три по городу, поэтому на референдуме многие не были. Но с каждым днем люди чувствовали, что обстановка вокруг все больше накалялась. То здесь, то там происходили какие-то непонятные перестрелки.

В середине мая в деревне Краснянка, где у меня живет тетка, прошли так называемые «кровавые похороны». Умер дедушка, собралась вся родня, чтобы проводить его в последний путь. Вдруг прямо на кладбище забегают какие-то молодчики и всех расстреливают. Ни за что ни про что положили 18 человек и уехали! Там трупы повсюду валялись: на могилах, на цветах... Пришли одного хоронить — и вмиг не стало всей большой семьи. Вот как это можно?

Потом начали бомбить окраины Северодонецка. Сначала немного, потом всё больше, всё сильней. Сейчас стреляют уже вовсю. Со всех сторон город наш окружен блокпостами. Их соорудили и охраняют теперь сами жители. Они до последнего будут пытаться защитить город от разрушения и мародерства. Все ополченцы – это люди из нашего города, мы всех их давно знаем, стараемся по мере возможности приходить им на выручку. Кто-то еды им принесет, кто-то – сварочный аппарат, чтоб помочь соорудить заграждения. В ополчении служит один мой хороший знакомый. Он женат, в семье двое детей, но решил так: «Если мне судьба от пули умереть, значит, так тому и быть». И пошел воевать за свой город...

Сейчас наши блокпосты бомбят каждый день. Недавно обстреляли детский интернат: три снаряда попало в само здание, один — во двор и один — под фундамент. К счастью, дети не пострадали, летом их увезли в лагеря. Чуть позже снаряд попал в жилую пятиэтажку на окраине города, разрушено несколько квартир. Уже началась бомбардировка города с самолетов.

У нас есть завод по производству азота, один цех разбомбили полностью. Там хранились огромные ёмкости с аммиаком, но к тому времени их, к счастью, удалось вывезти. Если бы хоть один снаряд попал в резервуар с аммиаком, город накрыла бы страшная беда. Вокруг осталась бы только выжженная земля, и даже трава не росла бы на ней много лет. Понятно, что это попадание не могло быть случайным, завод бомбили с воздуха прицельно.

Сейчас украинская армия стягивает системы залпового огня, артиллерию, минометы к поселку Рубежный. Недавно звонил мне один хлопчик из Привольного. Сказал, село их просто полностью расстреливают из гранатометов и гаубиц. Тетка из Краснянки то же самое говорит о своей деревне. Они уже несколько дней сидят в погребе, не могут выйти. Все вещи перетащили вниз: кровать, телевизор, холодильник – и живут там. Вода кончилась. Дядька едва высунул голову наверх, чтобы по воду сходить, а там вокруг пули свистят. В таких условиях мирным жителям выехать куда-то просто невозможно.

Но при всем том среди людей нет разговоров о том, что лучше бы сдаться украинской армии. В этом нет никакого смысла. Даже если защитники города сложат оружие, нет гарантии, что армия не начнет расстреливать народ. Большая часть жителей Донбасса – обычные люди. Не мятежники и не герои, а самые простые люди. Мы хотим спокойно жить, работать, растить детей, но надежды на мирную жизнь на Украине уже нет.

У нас как-то постепенно всё ухудшалось, но тревожные события начали происходить давно. Одно время моей тетке довелось работать во Львове. Мы давно не виделись, и когда я приехал к ней в гости, вместе пошли в кафе. Я попросил у официантки кофе, а она молча отвернулась и куда-то ушла. Ничего не понял, а тетка говорит: «Погоди, тут по-другому надо». Подошла к ней, сделала заказ на чистом украинском, та сразу закивала, прибежала, обслужила.

Понимаете, что получается? Если ты говоришь по-русски, то ты – никто. С тобой даже обслуга не станет разговаривать. И беда в том, что из простого хамства это превращается в какую-то ненормальную «народную традицию». А ведь все мы — граждане одной страны, и к нам должно быть одинаково уважительное отношение.

О том, что нужно куда-то уходить из такой страны и тем более из города, который обстреливают, мы, конечно, давно уже задумывались. Но куда ехать?! Стреляют же со всех сторон. А Россия далеко. Кто знает, как там всё на самом деле? И тут мне представилась возможность поехать в Отрадный. У моего приятеля здесь живут родственники, они позвонили ему и предложили поработать на стройке. Он обзвонил знакомых, рассказал, предложил. Вот несколько человек согласились, и мы приехали.

Ехать сразу всей семьей в неизвестность, бросать квартиру, работу, родных не хотелось. Вот жена и сказала: «Поезжай сначала ты, осмотрись, определись с работой. Будет всё нормально – вышлешь денег, мы тоже приедем». А мать на прощанье сказала: «Если получится, оставайся, сынок, в России. У нас тут будущего нет». Уезжали с тяжелым сердцем: страшно было оставлять родных там, где в любой момент может начаться стрельба.

В России чувствуется другое отношение. Нам сразу выделили жилье. Люди, как только узнают, что мы с Донбасса, спрашивают, чем можно помочь. В городской администрации нас приняли, всё подробно, по-человечески объяснили. Говорят, для детей найдут место и в школах, и в садиках. Пришел участковый, по-нормальному с нами поговорил, оставил свой номер телефона. Сказал, что можно звонить, если будут какие-то проблемы.

...У нас вообще такого нет! На Украине если человека на улице бьют, милиционер проходит мимо и отворачивается. Это обычное дело. А здесь и люди совсем другие, и президент нормальный, а там у нас вечно непонятно что…

ПИСЬМА ИЗ ДАЛЕКА
Ватники

Посылает война соратника,

Но щедрота ее кратка.

Из разведки четыре ватника

Возвращались без «языка».

Не контрактники и не штатники,

Не прошедшие инструктаж,

На манер пропаганды – ватники,

Хоть обряжены в камуфляж.

Ночь не треснула перестрелкою

И с врагом не столкнула в лоб.

Ватник держит осколки мелкие,

А от крупных спасет окоп.

По дороге от виноградника

До ближайшего блокпоста

Убедились четыре ватника,

Что небесная ткань чиста.

На лоскутья она не делится,

А поделится – вмиг сошьют.

Только шелковой зыбью стелется,

Как спасательный парашют.

Нет у междуусобий линии,

Смерть минувшего не вернет,

Плащаницею этой синею

Тело жесткое обернет.

Как здесь танки понаворочали –

И куда лежать головой?

Кровью мокнет по Новороссии

Чернозем ее даровой.

Над донецкою степью пуганой

Кропивянка поет судьбу.

Ватник пылью пропитан угольной –

Не смывается и в гробу.  

Кровь пробьет покрова холстистые,

Запечется – не разорвут.

Это русскою реконкистою

СМИ речистые назовут.
Марина Кудимова

СПРАВКА ОБ АВТОРЕ. С 2005г. — член межрегионального Союза писателей Украины, публиковалась во всеукраинской литературной газете «Отражение», международном альманахе «Провинция», в областных и местных газетах. Пишет на русском и украинском языках. С 2008г. проживает в городе Лутугино Луганской области.


Рейтинг: 498
Ирина Козлова
18.07.2014

в начало страницы

Комментарии к статье: не найдены.

Добавить комментарий к статье:
Текст комментария:
Ваше имя:
Ваш E-mail:
Введите это число      
Темы недели:
  • По данным Стокгольмского международного института исследований проблем мира, в 2016 году российский бюджет потратил на оборону 69,2 млрд. долларов, Подробнее...
  • Прожиточный минимум в Самарской области увеличился на 70 рублей. Подробнее...
  • Голосование:
    Платите ли вы
    за капитальный ремонт?
    Да
    Нет и не буду
    Буду платить только после проведения государством капитального ремонта моего МКД
    Готов(а) платить, но в меньшем размере
    Готов(а) платить, если будет определен более четкий механизм накопления денежных средств
    Гостевая книга

     
    Разработка сайта daa
    Техническая поддержка городской интернет-портал Отрадный.NET
     Сгенерировано за 0.699 сек.