Газета "Вестник Отрадного"
№11 (1278)
16 марта 2017 года

 Четверг, 23 марта 2017 года 20:14:28 (GMT+4:00)На сайте пользователей/гостей: 0/3 
Афоризм недели:

Сегодняшней работы на завтра не покидай. Золото — не золото, не побывав под молотом.

Русские пословицы 

Лучшее
свежего номера

Поиск:  


реклама
Акция «Народная победа»
№18 (1233) 05.05.2016 г. 
Лидия Савельевна Шанаева:
«Мой муж служил примером для сыновей»

Все дальше уходят от нас годы военного лихолетья, все меньше остается очевидцев того страшного времени. Наш долг — собрать и сохранить для потомков каждую крупицу воспоминаний о тяжелых испытаниях, выпавших на долю дедов и прадедов. Вот почему в России была объявлена акция «Народная Победа».

Ее участники рассказывают о судьбах своих родных и близких, заслонивших мир от коричневой чумы. Мы очень благодарны жительнице нашего города Лидии Савельевне ШАНАЕВОЙ за интересный рассказ о ее муже — ветеране Великой Отечественной войны Борисе Григорьевиче ПАСТУШЕНКО и о тех событиях, которым она сама была свидетелем.

Борис Григорьевич родился в 1920г. на Дальнем Востоке, в городе Благовещенске. Семья его была очень дружной и трудолюбивой. Отец работал бухгалтером, мама вела домашнее хозяйство и воспитывала детей. Так продолжалось вплоть до печально известного 1937 года. Сколько жизней было изломано в то время! Вот и отец Бориса стал жертвой ложного навета – его арестовали.

И хотя после войны он был реабилитирован, семья «врага народа» успела хле**уть лиха. Мать забрала детей и переехала в г.Ливны Орловской области в надежде на более спокойную жизнь. Борис устроился на службу в ОСВОД (добровольное общество спасения на водах), а потом ушел на службу в армию. Там его и застала война.

Направлен он был в школу подготовки командиров. Вскоре для защиты Ленинграда понадобились крепкие парни, и он оказался в их числе. Служил артиллеристом, на подступах к городу отражал яростные атаки врага. На его глазах рушился мир: раздавались взрывы, кричали раненые, замертво падали такие же молодые парни, как он сам. Боевые действия шли с переменным успехом: некоторые территории по нескольку раз переходили из рук в руки.

Бойцы разделили с мирными жителями Ленинграда все тяготы блокады. Им выдавали по 200 г хлеба в сутки. Этого явно не хватало: что ел, что не ел… И силы оставляли солдат. Вскоре они ослабли настолько, что не могли поднести к орудию 16-килограммовый снаряд. Приходилось делать это сообща всем расчетом. С тех пор трепетное отношение к хлебу сохранилось у Бориса Григорьевича на всю жизнь. Даже в сытое, мирное время он не мог допустить, чтобы хлебные крошки оставались на столе, бережно собирал их в ладонь и отправлял в рот.

Бойцов на фронте одевали хорошо: давали теплые белые полушубки, валенки и шапки-ушанки. Но климат в Ленинграде сырой, а сушить мокрую одежду было негде. Конечно, все это тяжко отразилось на здоровье защитников блокадного города.

Когда наступил долгожданный День Победы, бойцы радовались, ликовали, предвкушая встречу с родными и близкими. Но оказалось, что думать об отдыхе еще рано: дивизию Бориса Григорьевича направили на Дальний Восток. Он прошагал по всей Маньчжурии и отпраздновал еще одну победу – капитуляцию Японии. За заслуги перед Родиной был награжден боевым орденом Красной Звезды, медалями «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией», «За победу над Японией» и др.

Кстати, на фронтах сражалась вся семья Пастушенко. Сестра Евгения окончила курсы радистов и дошла до самого Берлина. Брат Глеб стал морским пехотинцем, воевал под Ленинградом, там же и погиб. По полям сражений колесила и мать с младшей дочерью. После того как немцы разбомбили их дом, они остались без крова. Мать Бориса пошла в воинскую часть, находившуюся по соседству, и вызвалась быть поваром. Она очень хорошо готовила, и ее сразу взяли на фронт. Вот так семья «врага народа» в полном составе встала на защиту Родины.

***

Жизнь самой Лидии Савельевны была не менее драматична. Уроженка Подмосковья, она пережила и наступление немцев, и бомбежки, и сожжение родной деревни. Зато каждое радостное событие навсегда осталось в ее сердце. Так, 24 июня 1945 года, когда в Москве состоялся Парад Победы, она случайно оказалась в столице:

– Мы с двоюродной сестрой приехали в гости к родственнику, а его жена работала учительницей в школе. Она и предложила нам: «Девочки, давайте я возьму вас с собой на Красную площадь». Мы пришли в учительскую, познакомились с ее коллегами. Помнится, в школе нас угостили ломтиком батона с красной икрой. Это была необыкновенная роскошь по тем временам.

И вот мы двинулись на площадь. Москва ликовала! Дети и взрослые, военные и гражданские — все смеялись, пели, плясали под гармонь. Мы успели пройти лишь часть пути, когда начался сильный дождь, поэтому массовую демонстрацию отменили, но парад, конечно, состоялся.

По Красной площади шли наши воины с вражескими штандартами и бросали их на деревянный помост. Все они были в белых перчатках, чтобы не касаться руками фашистской нечисти. Позже военные отправили эти перчатки к знаменам, и все это было сожжено.

Потом я прочитала много интересного о том параде. Он не проводился так долго потому, что сначала нужно было собрать самых лучших сынов Отечества и пошить для всех форму с иголочки. Швейным фабрикам был отдан приказ как можно скорее выполнить работу. Вся эта подготовка заняла около полутора месяцев.

***

Лидия Савельевна и Борис Григорьевич встретились и связали свои судьбы в белорусском городе Горки. Как же они там оказались?

– Сначала я хотела поступить в Московскую сельхозакадемию имени Тимирязева, – рассказывает моя собеседница, – но в 1946 году шла массовая демобилизация. Бывшие военнослужащие очень хотели учиться, ведь они столько времени потеряли во время войны. И в вузы их принимали практически без экзаменов. Зато среди нас, хорошистов и отличников, конкурс был огромный — по 12-13 человек на место. И тут очень кстати приехал представитель из Белорусской академии и предложил: «Поступайте к нам». Множество москвичей откликнулось на его приглашение. Так я оказалась в городе Горки Могилевской области. А Борис приехал в ту академию по совету своей сестры, жившей в Витебске. Там мы и познакомились.

Он был очень красивый, высокий, подтянутый – не зря в своей дивизии его выбрали знаменосцем. Он стал приглашать меня в кино и на танцы. Но мы не только развлекались, работы было – непочатый край.

Наше общежитие когда-то занимали немцы: на верхних этажах они устроили госпиталь, а нижний отдали под конюшню. Мы сутками все вычищали, выносили нечистоты во двор, и вскоре там выросла целая гора. Вывозили ее на нескольких машинах. Кроме того, нас, студентов, привлекали и к восстановлению города. Мы наводили порядок на улицах и даже строили подвал для электростанции.

В первое время в городе была карточная система. Утром нам давали 200 г хлеба и кашу на воде. На обед был суп (зачастую американский гороховый) и стакан киселя из ревеня плюс 300 г хлеба. На ужин – всего пара ложек винегрета, и хлеба к нему уже не полагалось. Все мы постоянно испытывали чувство голода.

Когда карточную систему отменили, мы с подругой съедали столько, что сегодня даже не верится. Никак не могли наесться! Брали на двоих три большие тарелки первого и три второго. А Борис на всю жизнь сохранил память о блокаде. Он часто спрашивал меня: «Мы голодать не будем?» Я его успокаивала, как могла, а через некоторое время он опять задавал тот же вопрос. Видимо, все пережитое глубоко сидело в его сознании…

Были в нашей студенческой жизни и довольно забавные моменты. Академический городок состоял из множества корпусов, расположенных на большом расстоянии друг от друга.

Бывало, в одном отзанимаешься и бежишь в другой. Ох, и длинной казалась эта дорога! Родители прислали мне туфли в подарок, а они оказались тесноваты. Перебравшись из одного корпуса в другой, я тут же разувалась и сидела на лекциях босиком. И все равно радовалась обновке, денег-то на другую обувь не было.

***

– Мы с Борисом поженились еще в академии, – продолжает Лидия Савельевна. – Свадьба была скромная, но веселая. По прошествии многих лет некоторые люди интересовались, почему это у нас разные фамилии. Не знаю, просто в студенческом окружении так было принято. А впрочем, разве общая фамилия гарантирует крепкий брак или хорошие отношения? Ведь несмотря на все трудности, мы с мужем прожили счастливую жизнь.

Оба получили дипломы с отличием. Два года работали в Белоруссии, затем переехали в Жадовку Ульяновской области. Места там замечательные! Кругом лес, много грибов и ягод. Сначала мы были преподавателями, а затем муж стал директором сельхозтехникума. Вырастили двух сыновей. Мы сами патриоты своей страны и детей воспитали в том же духе. Они всегда брали пример с отца.

В Отрадный приехали в 1986 году, когда в стране произошла страшная чернобыльская трагедия. Она ударила и по нашей семье. Старший сын Юрий жил на Украине под Киевом. После чернобыльской аварии все, кто мог, стали покидать те края, и невестка привела к нам дочку с племянницей. Время от времени сын навещал их.

При первой встрече я сразу обратила внимание, что у него белки глаз покраснели. Он меня успокоил: «Не волнуйся, я летел в самолете и просто не выспался». В следующий приезд глаза его по-прежнему были красными. И тогда младший сын сообщил: «Юра три раза по две недели был в Чернобыле, в той самой 30-километровой зоне заражения. Охранял квартиры и учреждения от мародеров». Чтобы успокоить меня, добавил: «Они работали всего по два часа, а потом сменялись». Однако после тех событий сын тяжело заболел и умер. Похоронен на Украине.

Иногда меня посещают такие мысли: разве стоили те несчастные вещи человеческих жизней? Зачем их надо было охранять? Но если посмотреть с другой стороны, то решение было принято правильное. Имущество из пустых домов могли растащить и вывезти из радиоактивной зоны. Оно разлетелось бы по всей стране, заражая ничего не подозревающих людей. Не знаю, что и думать. Уверена лишь в одном: сын не мог поступить иначе.

В 1994 году не стало моего мужа. Но он может гордиться своими потомками: сын Игорь заботится обо мне за двоих, за себя и за брата.

Внуки выросли хорошими людьми, уже подрастают правнуки. Все они интересуются историей своего рода. Ведь наши родственники живут по всей территории бывшего СССР: в Хабаровске, Благовещенске, Ашхабаде, Севастополе, Киеве, Конотопе, Ленинградской области, Москве. Среди них есть инженеры, врачи, учителя, экономисты, летчики, военные. Я с удовольствием помогаю сыну и внукам разобраться в хитросплетении родственных связей. Кроме меня, сделать это уже некому. Но мне уже 89 лет, дорога каждая минута жизни…


Рейтинг: 103
Рассказ записала С.Углева. Фото из семейного архива Л.С.Шанаевой
16.05.2016

в начало страницы

Комментарии к статье: не найдены.

Добавить комментарий к статье:
Текст комментария:
Ваше имя:
Ваш E-mail:
Введите это число      
Темы недели:
  • Глава города Самары Олег ФУРСОВ подписал постановление о сокращении 37% работников администрации Самары, департамента управления имуществом и департамента градостроительства. Подробнее...
  • В соответствии с прогнозами максимальных уровней весеннего половодья в 16 районах области ожидается выход воды на пойму, а в 69 населенных пунктах — подтопление. Подробнее...
  • В Самарской области опережающими темпами идет старение населения — и в сравнении со всей Россией, и в рамках Приволжского федерального округа. Подробнее...
  • За год заболеваемость туберкулезом выросла в трех городах (Сызрани, Новокуйбышевске, Отрадном) и 13 районах области (Богатовском, Шенталинском, Безенчукском, Большечерниговском, Нефтегорском, Красноярском, Борском, Волжском, Кинельском, Похвистневском и др.). Подробнее...
  • Всемирный фонд природы приглашает жителей Самары принять участие в ежегодной международной акции «Час Земли-2017». Подробнее...
  • Голосование:
    Платите ли вы
    за капитальный ремонт?
    Да
    Нет и не буду
    Буду платить только после проведения государством капитального ремонта моего МКД
    Готов(а) платить, но в меньшем размере
    Готов(а) платить, если будет определен более четкий механизм накопления денежных средств
    Гостевая книга

     
    Разработка сайта daa
    Техническая поддержка городской интернет-портал Отрадный.NET
     Сгенерировано за 0.297 сек.