Газета "Вестник Отрадного"
№17 (1284)
27 апреля 2017 года

 Пятница, 28 апреля 2017 года 23:56:31 (GMT+4:00)На сайте пользователей/гостей: 0/1 
Афоризм недели:

История — это тот учитель, который дает мудрые советы на завтрашний день.

К.СЕРЕБРЯКОВ 

Лучшее
свежего номера

Поиск:  


реклама
Живая память
№21 (1236) 26.05.2016 г. 
Ветеран войны Елена Петровна Суркова:
«Cам погибай, а рацию спасай!»

Испокон веков война считалась сугубо мужским делом, потому что главное назначение женщины на земле – дарить жизнь, а не отнимать ее. Но во время Великой Отечественной войны рядом с мужчинами сражались девушки и женщины. Врачи, санитарки, зенитчицы, почтальоны, радисты, повара, прачки — их было много…

Одной из молодых девчонок, ушедших на фронт, была и жительница нашего города Елена Петровна СУРКОВА. Ее призвали на фронт в 1943 году, когда ей еще не исполнилось и 20 лет. Служила в войсках ПВО, в 43-м отдельном радиобатальоне. Сначала попала на Донбасс, училась на наблюдателя, а затем командир взвода перевел ее в радисты.

– Когда я в первый раз услышала эти звуки: «пи-пи-пи», – очень испугалась, что у меня ничего не получится, – вспоминает Елена Петровна. – Все казалось таким сложным и непонятным. Но командир уверил, что я справлюсь. И действительно, дело у меня пошло. Хотя я позже всех присоединилась к группе радистов, добилась неплохих результатов. Некоторые девочки могли только принять сообщение или передать его, а я умела и то, и другое. Сначала мы пользовались радиостанциями РБМ (радиостанция батальонная модернизированная), а позже их заменили на американские.

Местом нашей дислокации должна была стать Молдавия. Вот только добраться до нее было нелегко. С нашими наступающими частями мы прошли через территории, занятые фашистами. Везде велись ожесточенные бои, земля дрожала от взрывов. Мы были в коротких сапожках, а грязь, смешанная со снегом, доходила до колен. Очень мерзли ноги, все девчонки простыли и хлюпали носами, но все равно шли дальше. Позади остались освобожденные города: Кривой Рог, Николаевск и др. А какой страшно дорогой ценой досталась нам Одесса! Как сказал один военный, «Черное море стало красным», — от пролитой крови наших бойцов…

Когда наконец добрались до Молдавии, перед нами была поставлена задача: ни один самолет не должен пролететь мимо нас незамеченным.

Два радиста и три наблюдателя дежурили круглые сутки, сменяя друг друга. Наблюдатель находился под открытым небом и, заметив самолет, кричал: «Воздух!». Он докладывал, какой летит самолет, на какой высоте и в каком направлении. А радист тут же передавал эти данные. От срочности передачи данных зависело очень много: уцелеют ли мосты, аэродромы, железнодорожные пути и другие важные объекты.

В Молдавии все было довольно спокойно, самолеты летали редко. А затем наши войска взяли Львов, и нас перебросили туда. Когда мы прибыли в свою роту, девчонки выбежали навстречу с криками: «Замок! Замок!» (это наш позывной) и стали нас обнимать. Потом мы попали в город Стрый. Какие там шли бои! Просто ужас! Вокруг все гремело, шумело, бухало, горело… Мы многое повидали, но такое видели в первый раз. Кто говорит, что на войне не страшно, тот кривит душой.

И вот мы уже в другой точке – в селе Бродки. Там было настоящее логово бандеровцев. По мне, так они даже хуже немцев — всегда норовили ударить исподтишка. Три дня мы простояли спокойно, а потом увидели, как по дороге движутся словно черные тучи – это бандеровцы пошли в наступление. Наши части в это время сражались с немцами, а они хотели напасть с тыла.

Для нас, радистов, существовал приказ: если враг проходит рядом и не видит нас, то останавливать его не нужно. Обороняться лишь в случае нападения. Из вооружения у нас было по карабину на каждую девчонку и один автомат на всех. Мы находились в домике, стоявшем на возвышении, на самом краю обрыва. Сначала думали, что бандеровцы пройдут мимо. Но, похоже, что-то привлекло их внимание, и они окружили наш дом.

Мы оказались в большой опасности: был случай, когда одну из наших точек ликвидировали, а девчонок казнили. Тогда я крикнула в дверь: «Только попробуйте сунуться! Взорву гранату». Бандеровцы долго ходили вокруг, ругались, свистели. Если бы нам пришлось отстреливаться, избушка съехала бы с обрыва. А тут еще и питание у рации закончилось. Неизвестно, чем бы все обернулось, но наступление советских войск заставило бандеровцев убраться восвояси.

А утром, когда начало светать, прибыл наш взводный — хотел узнать, почему рация замолчала. Узнав, в чем дело, он дал мне своего коня и приказал ехать во Львов за питанием для рации. Я переоделась в гражданское платье и отправилась в путь.

Конь, привыкший к тому, что им управляет твердая мужская рука, не стал со мной церемониться. Чего он только не делал: взбрыкивал, вставал на дыбы и, кроме того, понес меня совсем не в ту сторону – навстречу бандеровцам. Естественно, они открыли огонь. Я чувствовала жар от пуль, проносившихся рядом. Испуганный конь сбросил меня и убежал, а я осталась лежать на земле, потеряв сознание. Почему меня не добили, не знаю. Повезло, наверное.

Через какое-то время я очнулась и пошла в сторону Львова пешком. Кругом лес, идти страшно, но выбора нет. Задание получено, и выполнять его нужно любой ценой. В дороге я периодически теряла сознание, но потом поднималась и шла дальше. Помню, проходила мимо машины, в которой лежал убитый солдат, и из его живота торчала винтовка. Пассажир тоже был мертв.

Как добралась до Львова, даже не помню. Майору МАЛЬЧЕНКО доложила обстановку. Он спросил: «А вы что, не могли отойти, когда вас окружали?» — «Да куда же нам отходить? С одной стороны бои идут, с другой – бандеровцы. Они же в каждом селе есть».

Когда я добралась до своей точки, сразу пришла радиограмма: оставить пост и прибыть во Львов. Мы встали у дороги в ожидании машин. Так и стояли как на ладони, а бандеровцы нас обстреливали. Пара советских машин прошла мимо, а к третьей мы бросились чуть ли не под колеса. Как только свои нас не пристрелили? Ведь они не знали, кто мы. Что ж, дело военное, всегда приходится рисковать. Нужно было выполнять приказ — вывезти оборудование. И у нас был закон: «Сам погибай, а рацию спасай». Если никак не можешь спасти – разбей, но в руки врага она попасть не должна.

Так мы доехали до нашей роты, стоявшей во Львове. Командир ЕРХОВ сказал, что пришел приказ переправиться через реку Прут, и мы двинулись к берегу. В пути не раз попадали под обстрел, но потерь среди бойцов удалось избежать. Помню, оглянувшись, я увидела бандеровца, направлявшегося к одному из ближайших домов. Он сделал себе маскировку – нацепил сноп на голову и полз по полю. Потом снял этот сноп и хотел бегом добежать до укрытия. Я закричала, и офицер, стоящий рядом, выстрелил. Враг упал, и тут раздался громкий плач женщины, жены, наверное. Конечно, ей он был близким человеком, но сколько наших ребят погибло от рук подобных извергов…

Потом за нами пришли машины. Мы сели, и я оказалась в последней. Кроме меня, там было еще семь человек. И вот на повороте какая-то машина вклинилась в наш строй, и мы оказались отрезаны от своих. Обстрел все продолжался, а наша машина внезапно заглохла. Пока водитель пытался завести мотор, мы были словно мишень в тире. Одна из пуль даже залетела в окно машины, но, к счастью, вышла через другое, никого не задев. У меня аж сердце замерло от страха! Наконец-то мотор завелся, и мы поехали, но из-за всех этих приключений в пути на переправу опоздали.

«Добирайтесь вплавь!» – приказал маршал РОКОССОВСКИЙ. Командир роты Ерхов пытался нас защитить: «Это же девчонки. Они утонут!». Но маршал был непреклонен, и за нарушение его приказа командиру грозил расстрел. Однако Ерхов нашел другой выход. Он договорился с железнодорожником, чтобы тот перевез нас на другую сторону через мост. За это он отдал ему бутыль молдавского вина. В поезде было всего четыре вагона, мы набились так, что вздохнуть нельзя. А потом нам встретились машины, везущие взрывчатку. Командир спросил: «Ну что, девчонки, на взрывчатку садимся?». «Садимся!» – не раздумывая, ответили мы. Добравшись до места, сразу послали сообщение, что радиостанция готова к работе.

***

–…А потом была Европа, – завершает рассказ Елена Петровна. – По ней мы передвигались исключительно пешком. Таких точек, как наша, было множество. Все они находились на большом расстоянии друг от друга, поэтому питанием нас не снабжали. Поиском еды обычно занималась я. Днем добывала пропитание, а по ночам дежурила у рации.

В Чехословакии местные жители к нам относились хорошо. Фермер, к которому меня послал бургомистр города, встретил очень тепло. Говорил: «Мы же друзья, вы нас от немцев освободили». Оказалось, у него сын был в плену у фашистов, а когда наши войска пошли в наступление, он сумел бежать.

Хозяин даже предложил мне выйти замуж за его сына. Я поблагодарила за такую честь, но отказалась. Фермерский сын разделал барана и сам донес его до нашей землянки. Затем была Венгрия. Там нас тоже хорошо встречали, а вот в Австрии было по-другому. Конечно, некоторые жители тоже вышли нас приветствовать, но были и те, кто смотрел волком. Там мы увидели тела двух казненных русских солдат. У них не было голов, рук и ног, а на туловище сделаны надписи: Ваня и Петя. Жутко смотреть на такие изуверства! Невольно подумалось: «А ведь и с нами могут сделать то же самое».

У нас с подругой был случай, когда наши войска двинулись на Германию, мы задержались в Австрии, и местные жители чуть не взяли нас в плен. Вот так встречали австрийцы советских солдат-освободителей…

И вот наконец мы вошли в Берлин. Ожесточенные бои велись за каждую улицу, за каждый дом. Разрушенные здания не раз переходили из рук в руки. Немцы сражались яростно, как затравленные звери, но мы все же одержали Победу. Разгромили фашистские армии и всей Европе принесли мир. Жаль, что бывшие друзья так скоро забыли об этом. Но я уверена, случись что, они опять будут просить помощи у России...


Рейтинг: 238
С.Углева. Фото В.Бондарева и из архива Е.П.Сурковой
26.05.2016

в начало страницы

Комментарии к статье: не найдены.

Добавить комментарий к статье:
Текст комментария:
Ваше имя:
Ваш E-mail:
Введите это число      
Темы недели:
  • По данным Стокгольмского международного института исследований проблем мира, в 2016 году российский бюджет потратил на оборону 69,2 млрд. долларов, Подробнее...
  • Прожиточный минимум в Самарской области увеличился на 70 рублей. Подробнее...
  • Голосование:
    Платите ли вы
    за капитальный ремонт?
    Да
    Нет и не буду
    Буду платить только после проведения государством капитального ремонта моего МКД
    Готов(а) платить, но в меньшем размере
    Готов(а) платить, если будет определен более четкий механизм накопления денежных средств
    Гостевая книга

     
    Разработка сайта daa
    Техническая поддержка городской интернет-портал Отрадный.NET
     Сгенерировано за 0.949 сек.